У истоков рода
Всю свою сознательную жизнь считала, что Шамановы — довольно редко встречающаяся фамилия. Занявшись родословной, к своему удивлению, узнала, что это очень древняя фамилия существует у русских, бурят, эвенков (тунгусов), якутов, карачаевцев, чеченцев, башкир и других народностей. Первое упоминание о Шамановых содержится в ономастиконе советского учёного, академика С.Б. Веселовского. В его разделе "Родоначальники русских фамилий" записано, что в 1507 году в городе Переяславле жили Шамановы, княжеские сокольники. Просмотрев десятки генеалогических и военно-исторических сайтов в Интернете, убедилась, что Шамановы жили и по сей день живут на всей огромной территории России, бывшего Советского Союза, и даже в Турции.
Первым из Шамановых, как свидетельствуют архивные документы канцелярии Илимского воеводства, появился в верховьях Лены — пашенный крестьянин Якушко Андреев сын Шаман. Впервые деревня Шамановская, состоящая из одного двора, упоминается в окладной книге за 1652 год, но хозяин её уже пахал государеву десятину, то есть основал пашни гораздо раньше, несколько лет имел льготу — сначала 3-4 года пахал на себя, после чего стал тягловым. Значит, поселился он здесь гораздо раньше.
Заселение верховьев Лены началось вскоре после открытия реки русскими. Казаки разведали подходящие для пашни земли, а правительство начало переселение на новые земли крестьян исключительно из поморских мест Западной Сибири, потому что там не было помещичьего земледелия и, следовательно, не действовал режим крепостного права. Крестьяне были только государевы. К тому же поморяне были закалены жизнью в районах с суровым климатом, умели и землю пахать, и зверя в тайге промышлять. То есть они могли быстрее и легче адаптироваться на новом месте. Вот так появился на Лене наш родоначальник. Эти сведения я почерпнула в книге академика П.Н. Бурцинского "Заселение Сибири и быт первых насельников".
В дальнейшем исследовании родословной мне здорово помогла книга нашего земляка Г.Б. Красноштанова "На ленских пашнях в 17-м веке". В ней автор исследовал старинные документы, хранившиеся в Российском государственном архиве древних актов, и составил документальное повествование об освоении Лены русскими. Я даже не ожидала, что узнаю такие подробности о своих далёких предках.
Долгое время Яков Андреевич Шаманов (если перевести имя на современный язык) хозяйничал в деревне один. То ли только дочки рождались у него, то ли парнишки в младенчестве умирали. В то время учитывались везде только души мужского пола. В окладной книге за 1665 год записано: "В деревне Шамановской пахал Якунька Андреев сын Шаман", добавлю, уже тринадцать лет после первого упоминания о нём. Лишь спустя ещё восемь лет появляется информация о детях. В 1671-1673 годах проводилась первая перепись сибирского населения. В ведомости Орленгской волости значатся: "Якунька Андреев сын Шаман с детьми: Кузькою, Гришкою, Матюшкою". Но не везло нашему пращуру с сыновьями. Очевидно, их не стало, потому что в выдельной книге Орлингской волости за 1686 год уже другая запись: "д. Шаманская — Якунька Андреев (Шаман). А детей у него два сына: Петрушка 11 лет и Яранька 18 лет".
Подросшие сыновья стали добрыми помощниками в крестьянском деле, и Яков Андреевич решил приумножить свои земли, но зоркие уездные приказчики живо углядели это и донесли Илимскому воеводе: "Против того двора (имелась в виду деревня Коношанова) прямо за Леною рекою деревня. А в ней двор пашенного крестьянина Якушка Андреева сына Шамана. А у него три сына в совершенных летах. Пашни пашут полдесятины ржи, ярового тож. А владеет он, Якушко, тою деревней и пашни пашет по старому отводу. Да у него ж, Якушка, в той деревне обыскалась выморочная (бесхозная) пашенная земля и сенные покосы прежнего орленского пашенного крестьянина Федьки Грузново. А тягла в ней было десятина ржи и ярового. А тое выморную землю владеет и пашет и сенные покосы косит он же, Якушко Шаман, без выделу десятинного и пятинного хлеба и никаких потугов с неё и ямщины он, Якушко, по отводной памяти с 1672 года до указу великого государя не платит". Документ датирован 1701 годом.
К тому времени наш предок хозяйничал на своей ленской земле более пятидесяти лет. Возраст его подходил к восьмидесяти годам. Последнее упоминание о нём было в дозорной книге за 1709 год. Эти книги составлялись по челобитью местных крестьян, просивших о проверке соответствия между размером оклада госналогов и их платёжеспособности. Видно, после доноса приказчика обложили Якова Андреевича непомерными повинностями. Положение стало тяжёлым прежде всего из-за того, что вначале надо было обработать государеву десятину (а она прибавилась), весь урожай с неё сдать в казну, только потом браться за свою землю и к тому же успеть всё сделать вовремя, чтобы не потерять урожай.
Очевидно, Яков Андреевич вскоре умер, потому что в окладной книге за этот же год в деревне Шамановской числилось уже трое пашенных людей: "Иван, Пётр да Яков Яковлевы дети, Шамановы". Вот так родилась наша фамилия. С той поры все потомки Якова Андреевича стали зваться Шамановыми. У сыновей появились дети, внуки. В ревизских сказках 1720-1722 годов, представляющих собой материалы переписи населения Сибири, упоминается семья Шамановых из Орлингской волости, во главе которой стояли два брата. Она насчитывала тридцать три человека.
Замечу, что большинство даже современных Шамановых по крови имеют заметные монголоидные черты. Причина тому — смешанные браки с местным населением. Русских женщин в те времена в Сибири было очень мало, потому потомки переселенцев женились на тунгусках, ибо эти племена кочевали по обоим берегам Лены и охотно роднились с русскими.
К сожалению, почти девяносто лет, а это несколько поколений, выпали из моего обзора из-за отсутствия документов, поэтому проследить родословную линию за этот период не удалось. Просматривая дела Орлингского волостного правления за 1810 год, обнаружила, что число Шамановых возросло, и жили они все по-прежнему в деревне Шамановской, которая позже стала называться Шаманово. В 1841 году в ней было пятнадцать дворов и шестьдесят одна душа мужского пола. Все носили одну фамилию.
Интересно, не правда ли, проникнуть в глубь веков, узнать, что же было до тебя. Я нашла самое начало рода, но это очень отдалённые родственники. Конкретный, точно установленный предок — мой прапрапрадед обнаружился в другой деревне, куда, женившись, он перебрался из Шаманово. Эта деревня — Скокнино, она стала родовой для всех моих предков по отцовской линии и для части — по материнской. Естественно, что история этого селения меня глубоко заинтересовала. Думаю, интересна она будет и другим уроженцам и бывшим жителям Скокнино, но об этом мой следующий рассказ.
Тамара Шаманова.
"Ленские вести" № 42 от 23 октября 2015 года