Скокнино — малая родина предков

  Скокнино — малая родина моих предков, точнее — родовая деревня. Не одно поколение Шамановых и Медведевых родилось на этой земле, жило и обрабатывало пашню. На деревенском кладбище покоится их прах.

  Зародилась эта деревня на Лене давным-давно, но название её менялось время от времени в зависимости от того, кто пахал её земли, расположенные ниже устья реки Селенги, левого притока Лены. Впервые эта заимка упоминается в "Окладной книге пашенным крестьянам Ленского волока Илимского острога Орленской волости" за 1652 год, когда на эти пашни был посажен пахать на государя промышленный человек Захарко Евдокимов. Двадцать пять лет прожил он здесь. Обрабатывать поля помогали сыновья его, родившиеся в этой деревне, Гришка и Якунька. Затем он покинул эти места. В окладной книге за 1677 год записано: "Деревня, а в ней двор — Захарко Евдокимов сын важанин. В прошлом году по челобитью к великому государю переведен он, Захарко, из Орленской волости с тяглом в Илгинскую волость. А тое деревню за хлебным недородом покинул впусте. И в прошлом же году по челобитью илимского служилого человека Сеньки Беспалово великого государя Захаровская деревня Евдокимова отдана с пашенною земле. ему, Сеньке Беспалову, за государево хлебное жалование, за полный годовой оклад, пашню пахать".

  Однако новый хозяин недолго крестьянствовал здесь. Уже в 1682 году в дозорной книге упоминается, что владеет этими землями илимский казак Васька Мишарин. Он прожил здесь более пятидесяти лет, но по какой-то причине потом деревня снова опустела, а в окладной книге за 1735 год появилась запись: "От Боярских деревни вверх по Лене десять верст на правой стороне пустая пометная заимка, владение илимского казака Васьки Мишарина". Пашня была отдана отставному пашенному крестьянину Усть-Кутской слободы Стеньке Назарову.

  Скокнинской деревня стала называться после того, как сюда переселился Алешка Григорьев сын Скокнин, пахавший ранее землю на заимке, позже названной Тарасово. Все эти сведения взяты из книги Г.Б. Красноштанова "На ленских пашнях в 17-м веке". Дальнейшая информация найдена мною в фондах Государственного архива Иркутской области.

  В документах Орлингского волостного правления за 1810 год хранится подомовой список Скокнинской (как она раньше называлась) деревни. В селении было всего семь дворов, шесть из них принадлежали Скокниным, а один — моему прапрапрадеду Афанасию Петровичу Шаманову. Оказалось, он недавно перебрался сюда из Шамановской, женившись на дочери пашенного крестьянина Федора Скокнина Соломонии. Так породнились первые жители деревни Скокнины и Шамановы. И в дальнейшей жизни ещё не раз сходились их пути, укрепляя родовую связь. Мой прадед Емельян Андреевич Шаманов был женат на дочери односельчанина Филиппа Яковлевича Скокнина Гликерии, а сестра его, моя двоюродная прабабушка Акулина Авдеевна, вышла замуж за Фёдора Трофимовича Скокнина.

  Долгое время деревня не разрасталась. Согласно документам Орлингского волостного правления, и спустя 31 год, в 1841 году в ней по-прежнему оставалось семь дворов, в которых проживали двадцать две души мужского пола. В старину население учитывалось в душах, причём женщин почему-то не принимали во внимание. Лишь по прошествии пятидесяти лет число дворов в Скокнино увеличилось более, чем в два раза.. В 1893 году здесь было уже шестнадцать дворов, в которых проживали сто два человека, и четыре двора принадлежали ссыльнопоселенцам. Таким же оставалось население в 1913 году, как свидетельствует "Ленская справочная книжка", изданная в Санкт-Петербурге.

  Четыре поколения — потомки Афанасия Петровича и Соломонии Фёдоровны Шамановых более ста тридцати лет крестьянствовали в Скокнинской деревне. Последний и единственный на тот момент продолжатель рода покинул её весной 1946 года. Это был мой отец.

  Неизвестно, когда появился в Скокнино ссыльнопоселенец Кузьма Медведев, давший начало роду, к которому принадлежит моя мать. По ссыльным сейчас практически невозможно найти информацию. Фондов очень много, искать в архивах, не зная где — бессмысленно. Можно потратить на это годы и не достичь желаемого результата. Очевидно, в ссылку на берега Лены этот мой предок попал уже в солидном возрасте и вместе с семьёй. В Скокнино родился его внук Григорий и четверо правнуков, один из которых — мой дет Пётр Григорьевич. В этой деревне появились на свет его одиннадцать детей, в том числе моя мать. Дедушка со своей семьёй уехал из Скокнино в 1950 году, а старшая сестра его Анисья Григорьевна, став в замужестве Тарковой, прожила всю жизнь в этой деревне. Её сын, женившись на старшей сестре моего отца Анне Физовне, также все годы своей жизни отдал Скокнино, работая на земле. Несколько лет Николай Иннокентьевич Тарков был председателем колхоза "Красный пахарь", существовавшего тогда в деревне.

  В 60-70 годах двадцатого века хозяйство верхнего Приленья пришло в упадок. Исчезли колхозы, отделения коопзверопромхоза, и негде стало работать людям. Такая же участь постигла Скокнино. Закрылась школа, и жители с детьми вынуждены были переселиться в город. До последнего жили в Скокнино Тарковы, и только когда в селении осталось всего четыре семьи, все вместе тогда решили уехать в Усть-Кут. Несколько лет деревня была заброшена, лишь изредка сюда наведывались рыбаки да охотники.

  Скокнины во все времена жили в своей деревне и одними из последних покинули её, но не навсегда. В 1990 году на земли своих предков вернулся на постоянное жительство один из потомков основателя деревни — Алексей Романович Скокнин. Он и по сей день живёт в своём родовом месте, промышляя охотой и рыбалкой, как встарь. Река и тайга всегда кормили людей.

  От старой деревни остались лишь два дома да кладбище, куда иногда наведываются родные. Рядом выросли дома так называемых дачников. Так что деревня продолжает жить.

  Татьяна Шаманова

  "Ленские вести" № 42 от 23 октября 2015 года